Утром поначалу решительно ничего не предвещало беды. Мы строго по плану встали пораньше, чтобы успеть на ранний поезд. Позавтракали, упаковали вещи, я собирался уже выходить, как мой напарник вдруг возьми, да и брякни, что дальше не поедет.

Не могу сказать, что это случилось совсем уж внезапно, Димон высказывал сию «светлую» мысль ещё пару дней назад, когда мы только встретились в Инсбруке. Но я был уверен, что всё это не всерьёз и, приведя ряд разумных аргументов, не встретивших возражений, считал вопрос исчерпанным. К тому же во время всей последующей дневки тот ни разу не поднимался.

И тут, перед самым выездом, этот кадр вдруг выдаёт нечто среднее между классическими фразами Б. Ельцина (Я устал, я ухожу) и Э. Картмана (Да пошли вы! Я - домой).

Все иные варианты немедленно отметались и сводились к следующим тезисам:

В общем как ни крути, всюду клин. Пассажир забастовал и ни в какую не желал продолжать путешествие. Вместо этого он твёрдо решил отправиться в Милан на поезде, побыть там пару-тройку дней и досрочно лететь домой, мирясь даже с потенциальной потерей обратного билета на самолёт, а также денег за неотменяемые брони гостиниц и поездов. Увещевания о том, что так поступать нельзя и что мы в связке, а значит я на него рассчитываю, не помогали. Он признавал, что поступает по-свински, но упорно гнул свою линию. А я по сути оказался поставлен перед фактом, причём окончательным и бесповоротным.

Развилка вырисовывалась не самая приятная: либо бросать всё и ехать с этим нытиком прямо в Милан, либо отправляться дальше в гордом одиночестве. А ведь оставалось ещё без малого две недели пути.

Думать тут было нечего: путешествие должно продолжаться! Не портить же себе отпуск из-за подобной ерунды в самом деле. Так что мы сухо попрощались и я, грустно напевая «Если друг оказался вдруг...», отправился в направлении вокзала.

Билеты на поезд я, как обычно, закупил заранее и конечно же сделал это зря.

Я отправился в кассу и попытался описать тамошнему мужичку ситуацию. Тот сперва участливо кивал и вроде бы даже понял, что я от него хочу. Ну по крайней мере сделал вид. Спросил у меня номер брони и... ловко распечатав все билеты, протянул мне. На вопрос о том, так можно ли вернуть деньги за один из них или нет, радостно ответствовал: «Теперь уже нельзя.»

На свой поезд, со всей этой движухой, я конечно же опоздал, но к счастью это скорее электричка, а потому ходит в нужном направлении почти каждый час (билеты действительны весь день). Проблема была в том, что целый велосипед перевозить можно не на каждом. Например следующий вызывал у меня большие сомнения на этот счёт, а потому я, от греха подальше, решил обождать ещё часок, а пока покататься напоследок по прекрасному утреннему Инсбруку.

Покуда до отъезда оставался ещё добрый час, решил дать отступнику последний шанс одуматься и не оставаться сволочью, отправив ему соответствующую SMS-ку. На что получил буквально такой ответ:

— Шанс упущен. Уже на поезде в Милан.

Вот вам и Димон.

Ох, как же прав Владимир Семёныч! Хоть мы и не альпинисты, а точнее не скажешь. Поход-то горный! А я окончательно остался один, ну разве что в компании верного старины Набокова. Оставалось надеяться, что к концу путешествия я не начну с ним разговаривать, как Том Хэнкс с волейбольным мячом.

От расстройства у меня даже встали наручные часы и я, не сразу заметив это, чуть не опоздал на очередной поезд.

Кстати о нём: затеял всё это я, чтобы избежать обратной дороги к Тельфсу с последующим подъёмом на полуторакилометровую гору, общим расстоянием за сто километров. А пораньше хотел уехать потому, что впереди по плану была ещё неблизкая дорога до самого Лихтенштейна.

После не очень долгого переезда на поезде мимо очередных сверкающих гор до Лангена (Langen am Arlberg), собственно и начинался мой путь.

Городок встретил меня пустынным безмолвием: вокруг не было ни единой живой души. Зато, как и предполагалось, дорога шла строго под гору, так что, несмотря на неизменный ветерок в рожу, я за час домчал до Блуденца.

Блуденц (Bludenz) - город по местным меркам средний и особого интереса для меня не представлял. Собирался ехать дальше, но тут моё внимание привлекла громкая музыка, а подтянувшись поближе, я сразу увидел, что заехал удачно. В небольшом павильоне здесь проходил традиционный пивной фестиваль в немецком стиле: с песнями, танцами, пивом и колбасками. Пропустить такое было никак нельзя и мой с утра пустой желудок с этим всецело согласился.

С Октоберфестом у меня до сих пор всё никак не складывается и оказаться в Мюнхене в конце сентября - начале октября я пока не сумел. Нынче же на дворе стояла весна, потому местное мероприятие скорее можно было назвать Мэйфест. По масштабу со своим старшим братом он конечно тягаться не мог, да и не собирался. Зато с колоритом тут был полный порядок. Народ, облачившись в национальные костюмы, от души ел, пил и веселился. Веселье включало в себя танцы и песни под гармошку, ну и само собой непременное море пива.

Осушив пару кружек под карривурст, я даже вынужден был признать, что всё не так уж и плохо. Настроение улучшилось, можно было продолжать путь.

К сожалению дальше основной спуск вновь закончился и дорога стала скучным и неинтересным шоссе. По дороге до Фельдкирха (Feldkirch) меня успел накрыть небольшой дождик и намочить сверху, затем пришлось ехать по очень мокрому асфальту (там видимо прошёл настоящий ливень) и меня моментально забрызгало снизу. А когда мне это надоело и я поехал по обочине, меня быстро «увлажнили» с оставшихся сторон проносящиеся машины. Тем не менее когда я миновал Фельдкирх и въехал в Лихтенштейн, на небе, как ни в чём не бывало, сияло солнышко.

План был таков: доехать до местечка под названием Шан (Schaan) и попробовать найти там кемпинг. Таковой был обозначен в моём навигаторе (Pocket Earth), но поскольку никаких контактов, кроме адреса, приведено не было, да и в Гугле он отсутствовал, сам факт его существования сразу вызывал большие сомнения.

Прибыв на место, поискав там-сям и на всякий случай для очистки совести поспрашивав у местных, я ничего так и не обнаружил. На этот случай был заготовлен запасной вариант в виде кемпинга в Буксе, что в Швейцарии, на другом берегу реки. Но раз уж я не абы где, а в Лихтенштейне, а солнце пока не село, так отчего бы не смотаться до столицы, тем более, что до неё рукой подать (всего километра 3)?

По уму надо было спуститься обратно к дороге и спокойненько доехать до места. Но во-первых в поисках кемпинга я неплохо набрал высоту. А во-вторых прямо рядом с точкой, где я стоял, начиналась пешеходная тропа с указателем на замок Вадуц. Ну вот как тут можно удержаться и не срезать?

Конечно же я вновь отправился окольными путями через лес. Тропа бодро устремилась вниз, затрудняя потенциальное отступление, а когда я уехал достаточно далеко, завершилась тупиком и оврагом. Блин, когда я уже поумнею? К счастью я всего лишь пропустил поворот и, немного вернувшись (и поднявшись), всё же смог продолжить путь и вскоре прибыл в столицу княжества Лихтенштейн, город Вадуц (Vaduz).

Моей основной целью приезда был одноимённый с городом зáмок, который… не произвёл на меня особого впечатления. Порадовал разве тем, что выглядит он именно как старая крепость, не перестроенная в гламурный дворец, подобно большинству подобных строений в Европе. Глянув на закрытые двери и табличку с надписью, запрещающей вход, я счёл свою программу выполненной и, отправившись назад по нормальной дороге, в два счёта вернулся в Шан, а затем выехал на мост через реку.

Солнце клонилось к закату, а дело - к ночи и я побаивался, что искомый кемпинг будет закрыт. Хорошо хоть тут обошлось и, привычным образом немного поплутав по Буксу (Buchs), который неожиданно оказался вдвое больше Вадуца, я таки отыскал его. Колоритная итальянская бабушка, явно не страдающая от нашествия постояльцев, очень обрадовалась моему визиту и выделила мне под палатку целую поляну. Да не простую, а с вайфаем!

По соседству, на окраине городка, шумела ярмарка, но как только пробило 8 вечера (то есть через пару минут после моего прибытия), всё стремительно закрылось и мне пришлось постараться, чтобы отыскать, где бы перекусить. В таких случаях обычно выручают китайцы и арабы, не стесняющиеся, в отличие от местных, работать в неурочный час, так что на ужин бог послал мне большую шаурму.

День выдался насыщенным, но главное несомненно было ещё впереди. В конце концов я впервые нежданно-негаданно оказался в одиночном многодневном велопоходе. Многие утверждают, что это дарит совсем иные ощущения и даже настоятельно рекомендуют попробовать. Что ж, видит бог, я этого не хотел, но раз уж так вышло, делать нечего, посмотрим. Что нам ещё остаётся, дружище Набоков?