На следующий день, чётко следуя плану, мы, оставив вещи в отеле, вскочили на своих «коней» и отправились в сторону города Канны налегке. Сперва вдоль моря шла всё та же роскошная вчерашняя велодорожка. Катить по такой - сплошное удовольствие, особенно без рюкзаков, жаль на выезде из Ниццы она сперва разделилась на несколько, а затем слилась с автодорогой. Но перед этим успела привести нас к месту, которое однозначно подтвердило, что мы находимся не абы-где, а именно на том самом Лазурном Берегу или Côte d'Azur по-местному. Впереди показались высокие белоснежные отели, стоящие прямо на берегу, вокруг всё утопало в зелени, цветах и пальмах (последние торчали даже на крышах отелей) а соседние бухты просто ломились от разнообразных яхт. Около центра Ниццы нет ни портов, ни гаваней, поэтому яхты там попадаются редко, зато сделав пару шагов влево или вправо, от них просто некуда деваться.

Кстати вскоре за отелями оказался неплохой песчаный пляжик (в самой Ницце только галька), такой же, впрочем, пустынный, как и остальные. С другой стороны погода не особо располагала к купанию, было пасмурно, даже небольшой дождик пошёл. Но, покапав минут 10, прекратился, небо прояснилось и практически все оставшиеся две недели нам сопутствовала прекрасная тёплая солнечная погода с температурой под 30 градусов (напомню: был конец сентября - начало октября).

Освежившись под дождичком, мы бодро домчали до города Антиб (Antibes). Город очень понравился и запомнился неимоверным количеством яхт, в том числе роскошнейших (они становились всё шикарнее по мере удаления от Ниццы в обе стороны и приближении к Каннам с одной стороны, и к Монако с другой), зáмком, фортом, очень живописным видом на море и старый город, отличным песчаным пляжем (где мы с удовольствием искупались), а также оригинальной статуей из музея Пикассо на набережной.

Да, ещё фонтаном на одной из площадей. Что в том фонтане интересного? Да хотя бы то, что он, подобно нашим Петергофским шутихам, бьёт прямо c уровня земли и ничем не огорожен. То есть в него можно запросто войти и гордо встать среди струй, изображая что угодно, от Самсона, разрывающего чью-нибудь пасть, до писающего мальчика. Последний вариант, конечно, не советую, вполне может закончиться штрафом.

А тот факт, что струи периодически меняются: одни включаются, другие - выключаются, просто взывает к любому нашему человеку, что самое время похулиганить и освежиться. Двое из нашей компании не смогли устоять. Один из них настоятельно советует за ним не повторять и не пробовать въезжать в фонтан на велосипеде. Там довольно скользко, а падение на мокрую мостовую не только малоприятно, но также потом долго будет напоминать о себе яркими разноцветными синяками.

Со всеми купаниями и гуляниями по Антибам мы в очередной раз потеряли уйму времени и выехали дальше лишь когда солнце уже клонилось к закату. Антиб тоже оказался довольно большим городом и всё никак не хотел заканчиваться. Едешь себе и думаешь, что за ближайшим-то мысом уж непременно должны показаться Канны, доезжаешь, заглядываешь за него… а там по-прежнему продолжается Антиб. Я настроился, что от Ниццы до Канн километров под 30 и когда велокомпьютер начал отсчитывать пятый десяток, немало удивился. А разгадка проста: мы объехали все возможные мысы и изрядно попетляли по тому же Антибу и Каннам, увеличивая дорогу. Вдобавок, как показывает опыт, расстоянию по карте доверять ни в коем случае нельзя. К тому же надо учесть, что путь вдоль тамошнего побережья, как и вся местность вокруг, состоит сплошь из подъёмов и спусков, на которые тратятся дополнительные силы и время.

И вот наконец Канны (Cannes). Город выглядит по-настоящему роскошно, особенно знаменитая набережная Круазетт. Всякий, кто сюда приезжает, должен быть готов увидеть белоснежные яхты, покачивающиеся на волнах, а также палас-отели с пальмами и пляжами просто в огромных количествах. Но у меня была одна цель - найти Дворец Фестивалей (Palais des Festivals), в котором проходят знаменитые Кинофестивали с вручением пальмовых ветвей и где расстилают ковровые дорожки.

То, что мы попали туда, куда нужно, было видно сразу. На мостовой периодически попадались силуэты той самой ветви, а на стенах здания автовокзала нарисованы окна и балконы со всевозможными киногероями разных лет, от Чарли Чаплина и Гарольда Ллойда до Бэтмена, кролика Роджера и C3PO с R2D2.

На самом деле город настолько интересен и красив, что искомый Дворец мы отыскали далеко не сразу, сначала несколько раз проехали по бульвару Круазетт туда и обратно. Что совершенно неудивительно, от непрерывного верчения головой можно запросто вывихнуть шею, ведь посмотреть есть на что. Сам же дворец - здание достаточно современное, из стекла и бетона и с виду далеко не такое примечательное, как всё вокруг. К сожалению главный вход (где ковровая дорожка), был закрыт и там разбирали какую-то очередную выставку. Но с другой стороны здания имеется музей, кусочек красной дорожки и даже отпечатки рук знаменитых актёров и режиссеров. Я сравнил свою руку с отпечатком Сталлоне, так у него оказалась лапища раза в полтора больше моей. А я вроде никогда не считал себя совсем уж слабаком…

Завершить вечер мы решили, как в лучших домах Французской Ривьеры, дегустацией устриц. Я тогда порадовался тому, что мы поехали в сентябре, а не в мае-июне, ведь знатоки утверждают, что устриц можно есть только в месяцы, в которых есть буква «р», то есть с сентября по апрель. Но вездесущий Интернет всё расставил по местам: фокус с буквой «р» в том, что в своё время любители устриц в погоне за деликатесом чуть не истребили всех на корню, поэтому французский король запретил их ловить и есть летом с целью дать беднягам хоть немного времени, чтобы плодиться и размножаться. Есть и другая (само собой не последняя) версия, что летом из-за жары устрицы быстро портились и народ банально травился. Так что сейчас, когда устриц разводят круглый год и с холодильниками полный порядок, есть их можно когда угодно, если конечно имеется такое желание.

Лично я устриц раньше никогда не пробовал и их вкус показался мне интересным. Но один товарищ из нашей компании, проведя дегустацию, тут же заявил, что вся эта ваша высокая кухня - полная фигня и никакие шмустрицы и фуагры не сравнятся с простым и питательным борщом например. Тут же за стаканчиком вина завязался диспут о высокой кухне. Одна сторона пыталась доказать, что всё это придуманный способ обмана, вроде импрессионизма, а другая парировала, что высокое искусство, в том числе и кулинарное, на то и высокое, чтобы не каждому было дано его понять. Спор продолжался некоторое время, пока я вдруг неожиданно не осознал, что достиг полной гармонии с окружающим миром. Нет, я не нажрался и не уснул в тарелке с устрицами! Вообще никто не был по настоящему пьян, разве что слегка, просто в тот момент это было именно то ощущение радости и умиротворения, которые многие называют счастьем. Ведь осуществление мечты, пусть лишь одной из многих - это и есть счастье, разве нет?

Возвращались назад в Ниццу мы уже затемно на электричке. Ощущение гармонии постепенно проходило, но я не сомневался, что непременно вновь достигну его, ведь впечатлений было уже немало, а путешествие ещё толком даже не начиналось.