На наши велосипеды в аэропорту сперва удивились и кинулись что-то там проверять, но потом сказали, что всё окей. Удивило отношение одной из тётечек на регистрации к моему велорюкзаку (типа велоштаны). Она уверенно велела сдавать его вместе с негабаритным грузом (у него, дескать, форма нестандартная), хотя ни по весу, ни по размерам он под негабарит не попадал. Я трижды переспросил, почему так, тем более что у троих моих друзей точно такие же велорюкзаки приняли без вопросов, но регистраторша была неумолима: негабарит и всё тут. Ладно, отдал вместе с велосипедом, спасибо хоть денег лишних за это не взяли.

Летели мы с пересадкой в Мюнхене. Наш багаж, включая велосипеды, перегрузили на другой самолёт без нашего участия, а нам представилась непревзойдённая возможность посетить местный филиал Хофбройхауса (Hofbräuhaus) и пропустить по кружечке.

И вот наконец мы в Париже. Точнее в аэропорту им. Шарля де Голля под Парижем. Довольно быстро получив свои велики, мы немедленно ринулись их собирать, чтобы проверить всё ли цело. Не самое правильное решение, тем самым сразу была отсечена возможность уехать в Париж каким-либо транспортом, кроме как своим ходом.

А между тем существуют и другие варианты, например на местной электричке под названием RER или на автобусе, и я рекомендую обратить пристальное внимание именно на них. Мы же, польстившись на то, что до поезда Париж - Булонь у нас ещё целых 5 часов, выбрали самый худший, как впоследствии выяснилось, способ: на велосипедах. Дорога от аэропорта идёт только автомобильная, никаких велодорожек, понятно, нет, движение очень серьёзное и к тому же куча развязок.

И хотя автор нашего маршрута был настолько любезен, что составил веломаршрут от аэропорта до Парижа, а также несмотря на то, что у нас при себе была карта, поплутали мы преизрядно.

Ездить на велике по скоростному шоссе среди стремительно несущихся машин - удовольствие сомнительное, а пересечь такую дорогу вообще очень непросто, переходов-то там нет. Вдобавок ко всему наш доблестный маршрутизатор Юрьич принялся со мной спорить и говорить, что ехать по проверенному маршруту - это мол слишком долго и далеко, в то время как мы можем отлично срезать и приехать к вокзалу напрямую.

Вообще-то слово «срезать» уже не раз применялось в разных (вело)походах и я не помню НИ ЕДИНОГО случая, когда оно НЕ приводило бы к блужданию, а в результате ровно к обратному эффекту (то есть увеличению пути). В связи с этим сие слово давным-давно признано ругательным, а человеку, предлагающему такое, предписано сразу давать в глаз. Но видимо французский воздух свободы на меня так подействовал, да и велопоходов уже давно не было. В общем я не дал Сусанину должного отпора и в результате вышло... ну... как всегда. Вместо 20 с небольшим километров мы проехали более 30 и ухлопали на это аж 5 с лишним часов (не спрашивайте как), вдобавок оставшись без обеда. Между тем та же дорога на RER или автобусе занимает от силы полчаса. Уж не знаю, куда у нас ушло столько времени, может потому, что постоянно останавливались и выясняли, куда дальше ехать. Погода тоже была не очень: хмуро, периодически накрапывал мелкий дождик, что не прибавляло скорости.

По дороге не было ничего особо интересного, единственное, что достойно упоминания - скромный городок Ле-Бурже (Le Bourget), в котором, как и в нашем Жуковском проводятся большие авиасалоны. Говорят, что все авиашоу пошли именно отсюда. Это вдвойне занятно, учитывая что трое из четверых участников поездки, включая вашего покорного слугу, в этом самом Жуковском живут.

Проезжаем въезд в аэропорт Ле-Бурже и видим надпись: что-то вроде городов-побратимов, а среди них - наш родной Жуковский. Приятно, чёрт-возьми. В остальном городок ничем не примечателен, обычный пригород Парижа.

Пригороды Парижа - тема особая. Именно там живёт большинство выходцев из Алжира и прочих бывших колоний. Выглядит это примерно так, как если бы вы приехали в Турцию или Египет. Небогатые домишки, как правило блочные, довольно грязно и... белые люди на улице встречаются нечасто. Не то, чтобы я имел что-то против арабов или негров (афрофранцузов или как их там), просто у неподготовленного человека такая картина в центре Европы обычно вызывает некоторое удивление. А удивляться есть чему: вокруг каких только кадров не увидишь. В паранджах разных видов, в халатах, в тапочках, в чалмах. Во что только народ не одевается.

Бесконечные пригороды плавно перешли в окраины Парижа, по которым мы ещё долго ползли, а цель всё никак не торопилась приближаться. Велодорожек по пути всё не было, пришлось ехать то по тротуарам, хитроумно петляя среди людей и безумного количества столбиков, зачем-то натыканных вокруг в каких-то неимоверных количествах, то по дороге среди машин и кучи светофоров.

Добрались до вокзала мы лишь когда до отправления нашего поезда уже оставалось меньше часа. Крутая лестница шла вниз, я взял своего «коня» и начал-было его тащить, как вдруг проходящий мимо араб ловко за него хватается и, несмотря на мои протесты, начинает мне помогать. Я сперва сопротивлялся, но потом бросил это дело, так как мой новый друг бойко пёр велик вниз и явно не собирался отпускать. Внизу он первым делом продемонстрировал мне бумажку о том, что собирает деньги в пользу бедных родственников, после чего, с чувством выполненного долга, просто потребовал у меня денег. Как я уже говорил, ничего не имею против арабов, но подобная беспардонность никаких приятных эмоций вызывать не может. Пришлось пойти на хитрость и сказать ему что-то вроде: «Извини, друг, но денег мельче 100 евро у меня нет, а 100 евро я тебе не дам». Отвязался вроде, а я отправился на вокзал, чувствуя себя последней сволочью.

Внутри я первым делом принялся искать автоматы, чтобы забрать билеты Амстердам - Париж. Хоть тут всё прошло гладко, но пока я этим занимался, остальные, ловко оставив велосипеды с вещами на моём попечении, быстренько скрылись в неизвестном направлении.

Я гляжу на билеты до Булони и вижу, что до отправления поезда вообще-то остаётся не более получаса. Начинаю осматриваться по сторонам, изучать табло с поездами и ни на одном из них не вижу нашего. А друзья меж тем разбежались не пойми-куда и когда вернутся - неизвестно.

Оставив меня как следует понервничать, народ начал неспешно подтягиваться назад только минут через десять. Новость о том, что до отправления остаётся всего ничего, а мы понятия не имеем, куда бечь, всех чрезвычайно взбодрила. А когда в справочной нам сказали, что вообще-то мы немножко не на том вокзале (нам был нужен Gare du Nord, а мы оказались на Gare de l'Est), некоторые чуть не впали в панику. Пришлось, прыгать обратно на велосипеды и сломя голову нестись на другой вокзал, к счастью оказавшийся в пяти минутах езды.

Билеты на поезд были без мест, садись в любой вагон, а в вагоне для велосипедов имелся отдельный загончик для их перевозки. Проводник по-английски не говорил и долго делал нам какие-то непонятные знаки. С трудом выяснили, что он просто советовал приглядывать за великами (мы ехали отдельно от них в другом купе), особенно когда будет остановка в городе Амьен. Наконец вроде со всем разобрались, и поезд понёс нас к точке старта велопробега, городу Булонь-сюр-Мер (Boulogne-sur-Mer).

В первую ночь в Булони нас ждал хостел, хотя и вполне приличный. Первым делом нашу девушку там спросили, желает ли она жить с тремя потными мужиками, то есть с нами, в одной комнате, или же хочет перейти в женскую комнату к француженкам? Она не поддалась и нас поселили вчетвером. Жаль мне такого никто не предложил…

После заселения само-собой был устроен торжественный пир по случаю начала нового путешествия. Как сейчас помню, вечер удался на славу. Подавали некое хитроумное блюдо на основе фондю. Очень вкусно, особенно под хорошее французское вино.

Правда официант почему-то долго не мог понять французского слова «коньяк», пришлось написать на бумажке. «А, коньяк!» — просиял он. А мы так и не поняли, что не так с нашим прононсом. Видимо придётся над ним поработать.